Чипполино и кум Тыква, или искусство на кончиках ножниц

Чтобы быть художником, необязательно владеть кистью. Лесник Иоганн-Якоб Хаусвирт и его последователь почтальон Луи Давид Сожи создавали свои шедевры с помощью ножниц. Сейчас их работы можно увидеть в музее истории Пеи д’Ано в городке Шато д’Э, до которого за час можно доехать на поезде из Монтре.

DSC00100

У нас этот сорт искусства называется «силуэтное вырезание», и практикуют его в основном приветливые дяденьки на набережных приморских городков. Десять секунд – и ваш силуэт готов! А теперь представьте, что тем же способом можно в самых мельчайших деталях изобразить целую историю. Излюбленной темой Хаусвирта было традиционное весеннее переселение фермеров в горы, где они все лето пасли коров и делали сыр. Сожи вообще запечатлел всю жизнь своей родной Пеи д’Ано – от сбора урожая до судебного процесса над браконьером.

Почему Хаусвирт вдруг решил заняться вырезанием из бумаги и где он этому научился, никто не знает. Он был одинок и беден, на жизнь зарабатывал рубкой леса и углежжением, а вечерами корпел над своими наивными и трогательными картинами. Сначала Хаусвирт вырезал исключительно из черной бумаги, свернутой пополам. Потом к симметричным картинкам добавились сложные разноцветные коллажи, где каждый элемент был вырезан отдельно и держался с помощью клея. В качестве цветной бумаги художник использовал цветные обертки от ирисок, которыми угощали детей на свадьбах.

DSC00108

Горы и дома, люди и животные, цветы и деревья – декупажи Хаусвирта так густо населены и при этом так изящны, что невозможно не прийти в восхищение. Особенно если учесть, что художнику пришлось приделать к ножницам дополнительные петли из проволоки – в обычные кольца пальцы не пролезали. Хаусвирт умер безвестным в своей горной хижине в 1871 году. Только полвека спустя его работы были обнаружены художником и этнографом Теодором Делашо и оценены по достоинству. Сам Хаусвирт дарил их местным фермерам в благодарность за еду или ночлег.

Зато его последователь Луи Давид Сожи, родившийся в год смерти Хаусвирта, сумел получить признание как художник, хотя и начал продавать свои работы только в 40 лет. Успех пришел быстро, причем международный: к нему в Ружмон приезжали познакомиться Черчилль, маршал Монтгомери и королевская семья Испании. На аукционах декупажи художника сейчас продаются за 10-15 тысяч франков.

DSC00106

Хотя вырезать из бумаги Сожи начал в юности, полностью он посвятил себя любимому делу в 57 лет, оставив работу почтальона. Его творческий метод эволюционировал от подражания Хаусвирту до собственного фирменного стиля, полного юмора: Сожи был очень веселым человеком. Способности он, судя по всему, унаследовал от родителей: его мама, директор школы, прекрасно рисовала, а папа-фермер иногда по вечерам вырезал из бумаги большие силуэты людей и животных.

Как и Хаусвирт, Сожи любил и прекрасно умел делать сложнейшие коллажи, в одной работе мог использовать 15 слоев бумаги. Малейшие детали имели значение: например, на картине, изображающей пожар 1953 года, можно разглядеть сосульки на окнах шале – зима была очень холодная, и вода, которой тушили огонь, сразу замерзала. Самого себя на велосипеде он тоже запечатлел – и этот декупаж, как и многие другие, можно увидеть, если пройти пешеходным маршрутом «Прогулка по следам прошлого с Луи Сожи», который появился в Ружмоне в прошлом году. Карту и пояснение выдают в турофисе. Потратив максимум полчаса, вы увидите 18 табличек с короткими рассказами о художнике и его родном городке (от первого лица) и, разумеется, фотографиями картин.

DSC00136

После этой экскурсии и визита в музей мы, конечно, не могли остаться в стороне от процветающего здесь искусства – как и еще десяток местных жителей, успешно зарабатывающих на жизнь созданием декупажей. И отправились на мастер-класс к Иветт Росье в их с мужем дом в деревне Флендрю, который служит им и мастерской, и шоу-румом. Саша под одобрительные возгласы Иветт – «манифик!», «жениаль!» – сразу принялся вырезать наше путешествие: Ромину машину, меня в кепке. Я кривовато скопировала из книги рисунок с оленями и пыталась, поворачивая ножницы в разные стороны, не отрезать им ненароком ногу или рог. Но пронзительнее всех оказался Ромин сюжет: Чиполлино и его старый друг кум Тыква, с легкой руки мастера обретшие двойников.