Мини-оркестр из Орегона или как Венская опера встала на уши

В субботу Венская опера встала на уши: на фестивале Jazz Fest Wien выступил мини-оркестр из Орегона Pink Martini. Чтобы попытаться представить себе Pink Martini живьем, нужно выпить залпом стакан текилы, включить их версию знаменитого танго Amado Mio, выкрутить громкость до максимума и танцевать, стараясь двигаться как можно более сексуально. Но даже этот надежный рецепт не сможет погрузить вас в тот экстаз, который простой смертный испытывает в секунду, когда на сцене появляется солистка Сторм Лардж.

В свои 47 лет госпожа Лардж – хочется называть ее именно так – оглушительно, ослепительно, бронебойно хороша. Блондинка ростом 183 см с голосом размером с дом и хорошо различимой с шестого этажа Венской оперы татуировкой Lover на спине (выполнена в стилистике мексиканских банд «чоло-райтинг»), Сторм поет и танцует с такой страстью, что поначалу не веришь своему счастью; обычно люди доходят до этого состояния на десятом часу безудержной русской свадьбы, а тут огонь вспыхивает с первых тактов. Да и какой смысл быть скромным, если разрез у платья начинается почти там же, где заканчивается декольте?

Впрочем, долой завистливый сарказм: чем больше узнаешь о Сторм, тем большей симпатией к ней проникаешься. Трудно найти человека, который относился бы к себе с большей иронией: даже в телефонном интервью она может сказать что-то вроде: «О да, я готова начинать, сижу здесь в своих сексуальных библиотекарских очках абсолютно голая». Перед тем как оказаться в Pink Martini, Лардж с коллективом The Balls (кто знает, тот поймет) мэшапила хиты ABBA и Led Zeppelin, боролась в телешоу Rock Star: Supernova за право петь в бэнде c бывшим басистом Metallica, написала книгу Crazy Enough о том, как росла с психически нестабильной матерью. А еще победила героиновую зависимость и усмирила свою гиперсексуальность – но, к счастью для гостей вечера, не до конца.

В Pink Martini Сторм Лардж пришла в 2011 году, когда у солистки и соавтора многих песен Чайны Форбс начались проблемы со связками. К тому времени оркестр выпустил уже семь альбомов и прочно занял место главного джаз-поп-латино-лаунж-и-бог-знает-что-еще коллектива по обе стороны Атлантики. Основанный в 1994 году американцем с азиатскими корнями Томасом Лодердейлом, Pink Martini появился на свет случайно. После Гарварда Томас занялся политикой и был всерьез настроен стать мэром Портленда. Но заметил, что очень трудно найти достойный бэнд для мероприятий по сбору средств на благородные нужды – доступное жилье, музыкальное образование, гражданские права, защита окружающей среды. Первый концерт Pink Martini дал от безысходности – серф-команда «Пилигримы Сатаны», которую Лодердейл ангажировал открыть один из таких вечеров, не отвечала на звонки, и ему пришлось надеть платье для коктейлей и выйти на сцену самому. Но довольно быстро дела коллектива пошли так хорошо, что бросать было глупо.

Мэром Портленда Лодердейл так и не стал, зато сделал своего рода дипломатическую карьеру: поскольку в репертуаре Pink Martini песни на 25 языках, он называет свой оркестр музыкальным послом Америки – страны, напоминает он, мультиязычной и многонациональной. Забавно, что первым их международным хитом стала Sympathique на французском языке, которую мастер неприхотливой шутки Лодердейл называет манифестом вечно бастующих французских работяг: «Я не хочу работать, я не хочу завтракать, я хочу все забыть и закурить».

Она тоже прозвучала со сцены в этот вечер – Pink Martini выступал в Вене впервые и, наверное, поэтому не скупился на проверенные номера, включая упомянутое танго Amado Mio, вечнозеленый кубано-испанский шлягер Quizas, Quizas, Quizas и их собственный Hang on little tomato с расслабленным соло а-ля Луи Армстронг – и даже если необузданная сексуальность Лардж не слишком годилась для этой беспечной песенки, кто другой смог бы поднять на ноги весь партер, пробежавшись по проходам с бубном, и заставить его хлопать и приплясывать минут пятнадцать, пока в специальном номере по очереди солировали все одиннадцать музыкантов оркестра, включая выдающегося ударника Брайана Лаверна Дэвиса? И что уже говорить про финальную Brazil, во время исполнения которой на сцене не было живого места – откуда-то взялась группа в белых рубашках и барабанила от души, а Сторм разве что не прыгала до потолка от восторга.

При всей своей подчеркнутой эклектичности, и не только в музыке (от солд-аутов в снобском Карнеги-холле до дисков, выставленных на продажу в Старбаксе под Рождество), Pink Martini никогда не скатывался в крайности. Их музыкально-этнографические эксперименты в виде песен на арабском или, допустим, японском языке всегда были упакованы в сочную аранжировку, а шлягеры-убийцы типа Sway даже на концертах игрались с известной долей аристократизма. И, конечно, Лодердейлу делают честь идеи для коллабораций; от Smile Чарли Чаплина в исполнении 95-летней комедиантки Филлис Диллер по-честному хочется плакать: «Smile, though your heart is aching / Smile, even though it’s breaking / When there are clouds in the sky / You’ll get by».

Между тем Jazz Fest Wien продолжается! Еще можно успеть на Джона Маклафлина (8.07), Кита Джарретта (9.07) и Марка Рибо (11.07)!

Поделиться